Максимов Иван Максимович. Мончегорский истребительный батальон

Представляем воспоминания Максимова Ивана Максимовича, командира мончегорского истребительного батальона со 2 июня 1942 года по 15 декабря 1944 года.

Справка: Иван Максимович родился в 1902 г. в Новгородской области,  Волотовском районе, Реченском сельсовете. Член ВКПб с 1932г., служащий из крестьян. Образование: начальное среднее и высшие курсы советского строительства. Награжден медалями «За оборону Советского Заполярья» и «За доблестный труд в период Великой отечественной войны». В разные периоды занимал ответственные посты в руководстве городом. С 1942 года был командиром Мончегорского истребительного батальона.

«22 июня 1941 года, в день, когда было объявлено внезапное нападение гитлеровской Германии по радио, все коммунисты города явились (в то время был райком) к первому секретарю, Александру Васильевичу Жукову, который уже, безусловно, имел разговор и указания от первого секретаря обкома КПСС, Максима Ивановича Старостина. Товарищ Жуков объяснил: «Есть указания обкома:

  1. Срочно нужно готовить все оборудование завода к эвакуации;
  2. Нужно организовать полк ополчения и создать подразделение в виде рот, взводов и отделений на участках: Сопча, Верхний Нюд и станции Имандра. очень ограниченно будем иметь винтовки и иное оружие.
  3. Применить полную маскировку в жилых и нежилых помещениях и строго следить за ее выполнением. Не соблюдающих привлекать к ответственности.
  4. Мобилизовать трудовое население в урочное и неурочное время на создание сооружений: окопов, блиндажей, траншей и др.
  5. Всем коммунистам, комсомольцам совместно с отделом госбезопасности и милицией быть «чекистами»».

Рано утром на второй день начала Отечественной войны на стадионе 33км были тысячи людей, не только взрослых, но и юношей, девушек. Был организован полк ополчения, командиром которого назначен зав. отделом пропаганды райкома товарищ Хомлев, численность полка первоначально была около 2000 человек. В городе и вышеуказанных поселках было введено казарменное положение, были частично вооружены и введено круглосуточное дежурство. Был организован боевой взвод конной кавалерии. Все сооружения готовились быстро: 31 км., парк культуры, комсомольское озеро, Сопча, Верхний Нюд и т.д. В то же время нужно было грузить и отправлять оборудование завода, отправлять приходилось ночью и без света. Эвакуация нетрудоспособного населения — отправили на боте «Комсомолец» по озеру Имандра до ст. Имандра, а оттуда поездом в тыл.

Сегодня трудно представить тревожное ожидание людей, но все проходило спокойно и организованно. Коммунисты и комсомольцы работали круглосуточно. Оборудование завода и рабочие были эвакуированы в назначенное время. Последними были женщины с детьми, старики и учителя, т.к. школы были отданы под эвакогоспитали. Общее количество — 2200 человек. Эвакуировали первоначально по ж/д до станции Кандалакша, а потом погрузились на самоходную баржу «Шексна», через  Белое море до Архангельска. Начальником эшелона был я, Максимов.

В море началась качка, люди лежали неподвижно, т.к. им было плохо. Сделали двухчасовую стоянку на якоре, переждали непогоду. Постепенно  народ стал приходить в себя. Но тут опять случилась неожиданность: возле каюты медсестры, слышу плачущий голос. Захожу и вижу — медсестра рыдает над тазом, а женщина на койке охает и просит меня о помощи: «У меня роды».

Среди эвакуируемых была акушерка с Верхнего Нюда. Привел в каюту, а сам остался дежурить, переживая за состояние роженицы. Через несколько минут слышу детский голос «Ау-Ау». Хоть я и не верующий, но перекрестился и сказал: «Слава богу».

Когда добрались до Архангельска  роженице была оказана скорая помощь. Она поблагодарила меня и сказала: «Иван Максимович, я сына в честь вас назову Ваней. В графе место рождения будет стоять- Белое море».

Всех людей я посадил на поезд в пассажирские вагоны, и их отправили в Котлас. Встретился с представителем Совета Министров, доложил о доставке эвакуированных людей, а сам с пароходом вернулся в Кандалакшу. Оттуда поездом доехал до станции Оленья, а затем -в Мончегорск. Это мое поручение, как командира роты, было выполнено полностью и благополучно.

После эвакуации оборудования завода и людей в поселках Монча, Сопча, Тростники, Верхний Нюд, никого не осталось. Ввиду малочисленности населения, на базе полка ополчения был создан истребительный батальон. Командир был назначен из Мурманска старший лейтенант товарищ Головищев. С ним прибыл красноармеец-пограничник со служебной собакой. А я выполнял обязанности командира роты. В мае 1942 года товарищ Головищев во время нахождения в Мурманске попал под вражескую бомбежку и погиб. После его смерти бюро военкома КПСС от 02 июля 1942г. утвердило меня командиром истребительного батальона.

Батальон был расположен на Комсомольской улице в доме № 59. Наше вооружение состояло: отечественные, боевые винтовки и достаточное количество патронов к ним; малокалиберные винтовки; трофейные немецкие винтовки с патронами; автоматы ППШ (пистолет-пулемет Шпагина); револьверы «Наган»; минометы 50 мм; ручные гранаты; бутылки с зажигательной смесью; взрывчатка; пулемет «Максим». А также – противогазы, сумки с медикаментами. В общем, боевого оружия было достаточно.

Боевая рота была в поселке Сопча, дислокация — школа. Боевое отделение в поселке Верхний Нюд, командир Подгорный Н., На станции Имандра — боевой взвод, командир участковый милиционер.

Всем лесным сторожам в пределах мончегорского района было выдано боевое оружие – винтовки. Установлен пароль и отзыв. В необходимое время командиры и бойцы в ночное время находились на казарменном положении. По сигналу «тревога», в любое время суток, срочно являлись в батальон. Каждый боец знал свое оружие и был готов выполнять любые задачи по команде командира батальона.

Командирами были: роты — И.В.Галкин, главный инженер ГРП;  взвода -Ф.Козлов,  А.А.Черкасов,  А.Баранова; старшина батальона Б.И.Федотов.

Все командиры были вооружены револьверами «Наган», которые имели право носить постоянно, а также имели удостоверение на право проверки документов в черте города и поселков у гражданского населения и у военных, выданных отделом госбезопасности.

В определенное время выдвигались заставы: 31км, левый и правый берега озера Имандра, Верхний Нюд, 16 км железной дороги, остров Высокий  у железной дороги, от станции «Нефелиновые пески».  Прочесывались лесные массивы при получении отдельных сигналов о появлении подозрительных лиц. Лично с бойцами и командирами выходил на места для проверки.

Было и подразделение разведчиков, которое возглавлял товарищ Смирнов М.С. заведующий военным отделом райкома КПСС. Разведчиками были  — Черкасов, Алексеев, Митусов, Мартынов и другие. Все ребята были физкультурниками,  крепкими и выносливыми ходоками, отличными лыжниками.  Бойцы подразделения доходили до финской границы, а это расстояние доходило до 300 км., поддерживали связь с пограничной заставой.

Была связь и с партизанским отрядом «Большевик Заполярья». Командир — Александр Сергеевич Смирнов. Личные встречи помогали организовать взаимодействие по проведению тактических занятий в батальоне. Этому способствовали и встречи с другими партизанами: политруком Петром Евсеевым,  секретарем политбюро отряда Иваном Дмитриевичем Шумиловым.

В траншеях были оборудованы «схроны» с полушубками, кирзовыми сапогами, валенками, фуфайками, ватными брюками. Поэтому обмундирование для наших бойцов истребительного батальона, уходящих в  партизанский отряд, мы выделяли сами.

Вокруг города зимой была проложена контрольная лыжня, которая ежедневно проверялась. Если был обнаружен проход- срочно принимались меры для выяснения откуда и куда.

До 1943 года я был командиром батальона. В 1943 попросил секретаря райкома КПСС товарища Черкасова А.В. отпустить меня в партизанский отряд к товарищу Смирнову А.С., с которым мы были хорошо знакомы.

Прибыв в обком КПСС, отправился в Комиссию при военкомате, которую возглавлял зав. отделом тов. Смирнов. Сюда приходило пополнение из разных городов и районов области. Первый вопрос Смирнова был: «На кого ты оставил истребительный батальон?». Смирнов, после разговора со  Старостиным, направил меня назад в Мончегорск в срочном порядке с  запечатанным пакетом для Жукова. При встрече Жуков спросил: «Что, напартизанился?». С этого времени я стал освобожденным командиром истребительного батальона и получал зарплату от обкома КПСС, как и все партизаны. Теперь у меня появилось больше времени и возможности для улучшения службы батальона, имевшего различные подразделения и поддерживающего связь с авиачастью военного гарнизона на 25км.

Мы стали чаще проводить обучение и подготовку, два раза в неделю.  Больше всего внимания было уделено проведению тактических занятий. Зимой – обязательна ходьба на лыжах на скорость и по пересеченной местности. Тренировались в стрельбе по мишеням  с боевых винтовок, автоматов, минометов, станкового пулемета «Максим». Улучшали навыки использования ручных гранат и бутылок с зажигательной смесью. Проводили разведку и днем и ночью. Обучались хождению по компасу и оказанию первичной медицинской помощи.  И обязательно — политзанятия.

После восстановления завода и возвращения населения из эвакуации  батальон пополнился новыми бойцами и командирами. И  стал выполнять задачи по обе6спечению охраны и безопасности комбината.

О работе батальона документацию вел первый секретарь райкома Жуков А.В.,  начальник отдела госбезопасности Вакрев и штаб УМВД. У меня в блокноте сохранился список бывших бойцов батальона, которые живы и здоровы: Катя Парьва, Тамара Максимова, Зоя Смирнова, Тоня Постникова, Тося Буздева, Катя Артемьева, Валя Малафеева, Маша Сулич, Нина Баракова, Тоня Медникова, Лида Ирд, Черкасов Алексей, Слесарев Иван, Максимов Евгений, Шепе Соня, Федотов Борис, Кислова Клава, Устинова Тася. Погибли в Великой Отечественной войне: Комов Андрей, Шабалин Филипп, Нечитайлов Василий, Чуприн Иван, Малинин Александр, Злобин Василий и Устинов Федор. Все ребята, ушедшие в партизаны остались живы.

Когда прекратились военные действия в Заполярье встал вопрос о прекращении работы партизанских отрядов и истребительных батальонов.

Пускай останется на долгую память действие нашего Мончегорского отдельного истребительного батальона.

Бывший командир истребительного батальона, старший лейтенант Максимов, 1981 г.»