официальный сайт
Обелиск “Покорителям Монче-тундры”
установлен 20 сентября 1977 г.
Располагается: на перекрестке улицы Царевского и проспекта Металлургов. Первоначально располагался на Центральной (Революции) площади с 1977 г. по октябрь 1981 г.
Материал – бронза.
Отлит на Ленинградском заводе. Постамент и подиум – натуральный камень.
Размеры: высота стелы 11 м, фигуры – 4,5 м, постамента – 2 м
Скульптор: Г. А. Глухих
Архитектор: Ф. С. Таксис, Г. П. Исаков
Авторы новой планировки: М. Горелик и В. Степаненко.
Использование материалов сайта разрешено при условии сохранения копирайта и наличия ссылки на сайт автора. Copyright © 2019.
Посёлок возник при строительстве дороги Ленинград – Мурманск в 1965 году и назывался СУ-857. Жили в нём дорожники-строители. Посёлок состоял из нескольких двухэтажных и частных домов. В посёлки были: детский сад, продовольственный магазин, автобаза 53, СУ-857, метеостанция. Радом с автобазой находилась воинская часть №74441.
В 1963 году в посёлке был открыт продовольственный ларёк №9 Отдела рабочего снабжения комбината «Североникель». К. В. Шик.
Единственная улица посёлка – Автодорожная.
Из воспоминаний В. П. Анисимова:
16-й километр или станция Железная была очень популярна у мончегорсцев – они толпами съезжались на ней в грибное время. Почему 16-й километр – все понимали: 16 километр от Станции Оленья, но почему Железная?… Это стало понятно лишь много лет спустя, когда вблизи неё появились рукотворные горы-отвалы многометровой высоты – здесь заработал рудник, добывающий руду для оленегорского комбината. Железную руду. От неё и пошло название.
История создания посёлка 25 км начинается с 1937 года, когда Продснабом комбината «Североникель» была построена ферма, чтобы снабжать свежим молоком металлургов и жителей города. В первые годы в посёлке была построена железнодорожная казарма и несколько домиков. Позднее стали строиться бараки, увеличилось количество молочных ферм. Построили телятник, конюшню. После войны открылись магазин, медпункт, ясли.
Осенью 1941 года начинается строительство военного аэродрома на 25 км. Финская война 1939-1940 годов показала, что на Севере не хватает аэродромов. И сразу же после окончания войны началось их строительство. Но выполнить все поставленные задачи по усилению авиационного прикрытия наземных частей и наиболее важных объектов к началу ВОВ не удалось. Мончегорская авиационная группа была сформирован анна базе 98 Отдельного гвардейского разведывательного авиационного Вислонского Краснознаменного Ордена Кутузова 3 степени полка, который 17 июня 1943 был преобразован в отдельный авиационный полк дальних разведчиков. За храбрость и мужество личного состава 26 июня 1943 года полку было вручено гвардейское знамя.
Из воспоминаний Н. Д. Симашкевича:
«… В своё время я жил в этих местах. Тогда единственным жилым местом был 25 км. Это была поляна, где находилась железнодорожная казарма, предназначенная для железнодорожников-путейцев да кладовые для инструмента… Незадолго до войны появился лагпункт ББК (Беломорско-Балтийского канала), который начал стройку для будущего совхоза, и к началу войны было уже семь построек и выведен тупик для подачи грузов к складу…
Когда началась ВОВ, наша округа стала бурно развиваться, так как началось строительство аэродрома. Персонал ББК и УСЛОНа (Управление Соловецких лагерей особого назначения) буквально за две недели расчистили площадку под аэродром и проложил дорогу до Мончегорска, на этом закончив своё существование. Сразу на аэродром прибыли самолёты…»
Из воспоминаний К. В. Пехоты:
«… Наша семья приехала в Мончегорск в 1947 году. Стали жить в посёлке 25 км. Здесь была одна ферма, телятник. Коровы были финской породы, комолые (без рогов), маленькие, пятнистые, но черных не было.
Эти коровы давали мало молока, но молоко было жирное. Потом стали строить ещё коровники, завезли коров костромской породы – около 100 штук, те уже были большие и с рогами. Они давали много молока. Летом получали до 9 тонн молока, по три машины ходили в город. Когда мы приехали, здесь стоял один маленький домик, потом построили барак. Сначала в нем жили военные, потом гражданские. Здесь же в посёлке жил директор совхоза Степан Степанович Левакин, приехавший из посёлка Верхний Нюд. После него директора назначили Гоппе.
В 50-х годах появилась воинская часть, строили аэродром, появились дома, ясли. Первый наш дом строили немцы, тут же в этом доме и жили. Помню, дом был обнесён колючей проволокой. Потом построили ещё коровники. Всего было 6 дворов. Снабжали молоком весь город, обязательно на молочные кухни, на комбинат. Молоко с вечерней дойки шло в ресторан «Север»…
…Был у нас и клуб, рядом пристроили веранду, вечерами собиралась молодежь: танцевали, проходили вечера, праздники. В четверг показывали всегда кино, а в выходные дни – танцы. Снабжение было хорошее, в магазине были продукты, все можно было купить. Была начальная школа, дети учились до 4 класса, потом построили новую школу на 27 км…
…В город раньше ездили на электричке… Если кто-то заболевал, садили на электричку, а на 31 км уже ждала скорая помощь. Был у нас и свой медпункт, где работал фельдшер…»
Поселок появился в 1937 году вместе с расширением строительства комбината, его население составляли строители, металлурги, горняки. Поселок располагался на возвышенном месте, недалеко от комбината «Североникель», состоял в основном из построек барачного типа и частных домиков, работали школа, клуб, детский сад, ясли, молочная кухня, баня, медпункт, почта и два магазина. С городом Тростниковый соединяло автобусное движение.
Улицы поселка: Горняцкая, Тростниковая, Озерная, Пионерская, Верхняя улица, Металлургов, Первомайская, Почтовый переулок, Подгорная.
Гордостью поселка был Клуб горняков, открытый в 1937 году. В клубе работали кружки художественной самодеятельности: хоровой, танцевальный, театральный, была библиотека.
Газета «Мончегорский рабочий» от 17 апреля 1963 года пишет: «Большую работу по опер постановке провел коллектив художественной самодеятельности клуба горняков в поселке Тростниковом. В период подготовки к смотру подготовлены две оперы Кюи «Иван богатырь» и «Кот в сапогах». Руководит этим молодым коллективом Б. Н. Мельников».
Во время Великой Отечественной войны в поселке была открыта врачебная амбулатория.
Из воспоминаний Михаила Владимировича Чериковского:
«30 июня 1942 года я приехал в Мончегорск. Мы были первой группой электромонтажников, приехавших для восстановления комбината «Североникель». Прибывающих рабочих размещали в пустых бараках поселков Тростниковый, Малая и Большая Сопча, Малое и Большое Кумужье. Нашу группу поселили в молодежном общежитии, на улице Горняков, в районе будущей школы № 5. Там я организовал красный уголок, выписал газеты, по вечерам приходила молодежь.
Помню места расположения зенитных орудий: в поселке Тростниковый, на Сопче. Мы дружили с командирами и с девушками-зенитчицами, ходили на танцы в клуб, который временно расположился в одном из бараков. Клуб Горняков в то время стоял заколоченный. Танцевали под гармошку, а гармонистом был веселый, обаятельный и общительный Александр Миронов – горняк, впоследствии ставший начальником одной из шахт.
Из воспоминаний Татьяны Павловны Бушиной:
«Наш барак находился на улице Первомайской, напротив детских яслей. В ясли я не ходила, меня возили к бабушке Тане на Большую Сопку. Татьяна Ивановна была очень добрым, отзывчивым, душевным человеком. Всю жизнь она работала в няньках. Сначала своих братьев и сестер нянчила, потом своих детей, внуков, детей по бараку. Дети не подразделялись на своих и чужих. Все жили дружно, как единая семья. Женщины работали на производстве, а в детские ясли и сады были очереди, и Татьяна Ивановна присматривала за всеми и пользовалась большим уважением…»
«… В 1957 году я пошла в первый класс, первая моя учительница – Горюнова Анна Николаевна. Наша начальная школа находилась в бараке на Первомайской улице, была филиалом 3-х этажной каменной школы №5, как мы называли – «на горе». Главная улица Горняцкая шла до этой школы и выходила прямо на нее. До строительства каменной школы была еще одна, на улице Пионерской. Сюда шли дети и с Большой Сопчи, и с Малой Сопчи, с Большого и Малого Кумужья. Занятия проходили в 3 смены. Сильнейшие знания давали учителя пятой школы. Учителем математики и физики был Жуков Яков Фаттеевич, позже он был директором школы «на горе». Супруга Якова Фаттеевича Александра Михайловна работала учителем русского языка и литературы. Здесь же работала Анна Григорьевна Чащина, преподаватель немецкого языка, позже она будет преподавать в 12, 17 школах…».
История поселка начинается с 1937 года. Поселок Травяной находился в западной стороне от города. С 1949 по 1954 годы здесь находился лагерь для немецких заключенных, это был наиболее крупный лагерь. Заключенные работали на строительстве домов по проспекту Жданова (сейчас – проспект Металлургов), строили комбинат «Североникель».
В апреле 1955 года в поселке открыли большой магазин. B магазине были гастрономический, бакалейный, хлебный и вино-водочный отделы. В поселке работали также амбулатория, домоуправление, под клуб Железнодорожников переделали барак. При клубе работал кружок юных киномехаников (руководила Лидия Сергеевна Коротяева), была организована передвижная библиотека.
Улицы поселка: Новая, Совхозная, Озерный переулок.
Из воспоминаний Адольфа Борисовича Конюшина:
«Во время войны, с 1942 года, в этом поселке работала мастерская по сборке самолетов, далее их гужевым транспортом отправляли на 27-й км, где заканчивали их сборку. Ведь если сразу поставить крылья, то они перекроют всю дорогу, а она была лесовозная».
Из воспоминаний Тамары Васильевны Дементьевой:
«В 1952 году пятилетней девочкой меня привезли в г. Мончегорск из Вологодской области. Мама, Брюханова Нина Степановна, уже жила и работала в Мончегорске на лесобирже. В этом же году мама получила комнату в бараке № 29 по улице Новой в поселке 32 км. Какая это была радость! Отдельная комната в бараке 12 квадратных метров воспринималась как прекрасное жильё.
Поселок Травяной состоял из бараков и частных домов. Частные дома располагались ближе к озеру, а бараки стояли по обе стороны Новой улицы. В нашем бараке было 12 комнат, следовательно, 12 семей. Быт был обустроен следующим образом: отопление печное, вода в колонке рядом с домом, туалет общий: мужской и женский. Кухня одна на всех – это одна комната с печкой и плитой, по субботам ездили в баню, где стояли в очереди, иногда больше часа, зато в буфете бани продавали очень вкусный морс, булочки.
Работали жители бараков на заводе – так мы называли комбинат «Североникель», на стройках города и других предприятиях. Мама работала в детском саду № 11, который находился на улице Советской. В посёлке находился большой магазин, где продавались разные промтовары. Рядом с ним находился клуб, в нём библиотека. Там и собирался посёлок по всем торжественным случаям. В клубе было чисто, тепло, печи натоплены, попы устланы ткаными дорожками. Был красный уголок, где проходили политинформации, беседы. За клубом, в основном, были частные дома. Люди сажали картошку, лук, зелень, держали коров, коз, овец. Как говорится, становились на ноги. Посёлок был зелёный, трава и кустарники, за бараками в сторону шоссейной дороги собирали чернику. Жили дружно, помогали друг другу. В праздничные дни собирались на крылечке, играла гармошка, пели песни, частушки. Дети ходили в школу № 8 – от нас далеко: надо было переходить железнодорожные пути и добираться до школы через поселок 31 км. Я ходила в школу № 3, так как мама работала рядом, и удобно меня было водить. Автобусы на вокзал ходили редко, поэтому чаще всего добирались до города с 33 км: основное движение было на комбинат. Шли пешком по железнодорожному пути до остановки 33 км, а возвращались уже от клуба «Металлургов» до 32 км пешком.
Моста через железнодорожные пути еще не было, поэтому ходили через нефтебазу и добирались до своих домов. Первый телевизор появился у соседей в 1960 году. Благо, что соседи всех пускали, и получался маленький зрительный зал, у них к тому времени было уже 2 комнаты. В 60-е люди стали выбираться из бараков. Освободившиеся комнаты стали давать семьям с большим количеством членов семьи, новых же жильцов не поселяли.
Материально все жили по-разному, но особого различия не было. У всех было чисто, убрано, натоплено. Мама получила квартиру в городе только в 1976 году, а в 1978 её уже не стало. Выселяли в первую очередь из списанных бараков: наш барак считался пригодным для жилья, поэтому он был снесён только в 80-е годы. Так постепенно закрывался поселок Травяной, а жизнь людей продолжалась в городе уже в благоустроенных квартирах».
Малая Сопча располагалась у подножия горы Сопчуайвенч. Через поселки Большая и Малая Сопча протекала небольшая речка. Старожилы утверждали, что раньше вода была настолько чистой, что в ней находили раковины с блестящими шариками, величиной с горошину. Как оказалось, это был настоящий речной жемчуг. Сначала посёлки возникли как поселение геологоразведчиков, позднее там стали жить спецпереселенцы, занятые на строительстве города Мончегорска, горняки и обогатители комбината «Североникель». На Сопче в 50-е годах работал завод бетонитового камня и мастерская для изготовления пенобетона.
Улицы поселка Малая Сопча: Мало-Сопчинская, Автобусная, Лесной переулок.
В 1939 году при учебно-производственном комбинате (УПК) «Североникеля» была открыта первая в истории Мончегорска школа фабрично-заводского ученичества (ФЗУ) на Малой Сопче, Готовили рабочие кадры самых нужных профессий: металлургов, бурильщиков, слесарей, столяров, сантехников, электромонтеров и электросварщиков. На базе школы ФЗО в октябре 1943 года было открыто ремесленное училище № 1. Первый набор – 440 человек, 16 групп. Первый выпуск пришелся уже на послевоенный 1946-й год. В октябре 1949 года ремесленное училище № 1 закрыли в связи сокращением сети ремесленных училищ в стране.
Из воспоминаний В. В. Баженова:
«…Серое трехэтажное здание училища мне тогда показалось огромным, как бы продолжением горы Нюд. Прошло уже более пятидесяти лет, а память бережно хранит яркий калейдоскоп событий тех лет. Общим фоном было доброжелательное, заботливое отношение к нам со стороны персонала училища. Это располагало к доверию и уважению. Итак, ремесленное училище становилось нашим домом, семьей, школой и надеждой. Мы, недоучки, истощенные войной и послевоенной голодухой, нашли здесь приют, тепло, заботу и, главное, перспективу. Мы испытывали тягу к знаниям, острую потребность получить специальность, быть полезным обществу. Ремесленное училище было многопрофильно. Группу металлургов составляли наиболее крепкие и здоровые ребята. Химиками-лаборантами были девушки, они занимали отдельное крыло верхнего этажа – для мальчиков запретная зона. Самые грамотные были токари, автослесари, слесари-инструментальщики. Заметно выделялись кузнецы, всегда ржавые и закопченные. Элитой чувствовали себя электрики. Замыкающими строй, были мы – столяры-краснодеревщики.
Никогда не забыть, с каким усердием выполнялась первая самостоятельная работа. Мастер всесторонне осматривал творение моих рук, тщательно проверял размеры по чертежу. высказывал замечания, а в итоге объявил, что с заданием я справился успешно. Каждый день в училище нам приносил что-то новое, обогащал знаниями, умениями, навыками. В 1949 году у нас появился свой духовой оркестр. Ребята быстро освоили инструменты и уже на первомайской демонстрации шествовали под собственную музыку по бульжной центральной улице Жданова. По выходным и праздничным дням у нас были танцы. Девчата приезжали даже с Мончи. Мы учились вальсировать сначала в комнатах, преодолевая неуклюжесть, а осмелев, выходили в танцевальный зал, благо, наши лаборантки терпеливо вводили нас в такт музыки…»”.
Из воспоминаний Татьяны Павловны Бушиной:
«Сестра моей мамы, Надежда, решила пойти по стопам сестёр и поступила в ремесленное училище на химика-лаборанта. Тётя рассказывала, что в их группе было 30 человек. Старостой группы была Ольга Смирнова, воспитателем – Серафима Кармановская. Дисциплина была строгая, столовую ходили строем – она находилась в бараке под горкой. Иногородние девчонки жили в училище, а городские уходили домой, приезжал автобус. Одевались тогда в суконные юбки, куртки, блузы в клеточку, береты со значком «Р.У.», на ногах – ботиночки. Все старались прилежно учиться, знания получали углубленные. Неорганическую химию преподавала сама Махунова Полина Степановна (инженер ЦЗЛ), органическую – Елена Вячеславовна (фамилию забыли), русский язык – Бачинская Зинаида Васильевна. И еще были физкультура, математика и физика. В училище жили весело, устраивали танцы, участвовали в художественной самодеятельности и выступали на сцене клуба Горняков на Тростниках. Молодость брала своё. По окончании училища распределение было в Мончегорск, Кировск, Лапландию, Печенганикель».
Большая Сопча располагалась в живописном месте: при въезде со стороны города справа, поселок окружал хвойный и лиственный лес. Через поселки Большая и Малая Сопча протекала небольшая речка. Старожилы утверждали, что раньше вода была настолько чистой, что в ней находили раковины с блестящими шариками, величиной с горошину. Как оказалось, это был настоящий речной жемчуг. Сначала посёлки возникли как поселение геологоразведчиков, позднее там стали жить спецпереселенцы, занятые на строительстве города Мончегорска, горняки и обогатители комбината «Североникель». На Сопче в 50-е годах работал завод бетонитового камня и мастерская для изготовления пенобетона.
Нелишне вспомнить также, что по одному из вариантов именно здесь, на западном склоне горы Сопчуайвенч, где располагался поселок Большая Сопча, думали выстроить весь город.
Улицы поселка Большая Сопча: Песочный переулок, Большая – Сопчинская, Футбольный переулок.
Поселок Большая Сопча состоял из множества частных домов, были и бараки, магазин, детский сад № 3, барак–ЖЭК с актовым залом.
В годы войны на Большой Сопче находились зенитные батареи, отражавшие бомбовые удары по комбинату «Североникель».
Из воспоминаний М. А. Кононовой:
«Трудно мы в то время жили в Мончегорске. Большая Сопча, где раньше было много молодежи, опустела. Малая Сопча тоже. Защищала Мончегорск от налетов вражеской авиации зенитная батарея. Когда шла на смену, то пересекала «огневые точки». Нас пропускал военный патруль – у него был список работающих. Помню налёт зимней ночью 1942 года. Окна дребезжали, сыпались стекла. Я металась по насосной одна и не знала, куда укрыться. Утром вышла во двор – камни, грунт у порога. Вся сопка засыпана землей, снегу как не бывало».
Из воспоминаний А. П. Казиева:
«…Из Вологды мы уже ехали по-человечески, поездом Вологда-Мурманск в пассажирском вагоне. Большинство из нас впервые видели паровоз и вагоны. На станции Оленья нас перевели через железнодорожное полотно, где стоял маленький домик. Это был, так называемый «вокзал на Мончегорск». Здесь стояли два вагона и теплушка, оборудованные для перевозки пассажиров. Посреди вагона стояла печь-буржуйка для обогрева. По стенкам вагона – скамейки для пассажиров. На календаре 23 октября 1947 года. Получалось, что мы добирались 14 суток. Нас привезли в Мончегорск на переезд Малое Кумужье. Каково было наше удивление, когда мы выходили из вагонов на мончегорскую землю, заиграл духовой оркестр. Мы впервые видели и слышали такую музыку, ведь привыкли к игре на гармошке. Это мы уже потом узнали, когда пришли работать на рудник, как нуждался рудник в рабочей силе.
Мы всей группой пешком пошли на Большую Сопчу. Нас распределили по баракам. Это были дощатые, насыпные бараки. Когда-то здесь жили заключенные, которые строили комбинат. В бараках были секции на 10-12 человек. Мастера начали подбирать группы по специальностям…»
Поселок Риж-губа был основан в 1937 году на базе освоения рудника по добыче кварцита, необходимого в промышленном производстве никеля комбинатом «Североникель».
Поселок расположен в восьми километрах от города Мончегорска, в северо-западной части озера Имандра. До войны в поселке было всего пять одноэтажных домов. Позднее было построено 19 жилых домов, баня, открыты почтовое отделение и врачебно-фельдшерский пункт, работали продовольственный и промтоварные магазины, столовая на 20 посадочных мест, небольшая школа на 80 учащихся, детский сад на 40 мест, клуб на 150 мест.
В красном уголке поселка демонстрировались художественные фильмы, часто проводились танцевальные вечера.
В комнате отдыха жители поселка читали журналы и газеты, а такие играли в настольные игры: шашки, шахматы, домино. Любители музыки могли поиграть на баяне, гармошке и гитаре.
В 1956 году была построена насосная станция, обеспечивающая водой котельную здания школы и клуба.
B 70-годы на территории поселка стали организовываться садово-огородные товарищества. Для тружеников комбината «Североникель» работала база отдыха «Норд».
Вблизи поселка Риж-Губа расположен уникальный памятник – базальтоидные лавы. Это обнажения кристаллической породы, по которым можно проследить взаимоотношения нижнепротерозойских базальтовых лав с гранито-гнейсами древнейшего фундамента. Подобный памятник – единственный на Кольском полуострове.
Отдаленность Монче-тундры от железнодорожной магистрали серьезно осложняла строительство комбината. Озеро Имандра зарекомендовало себе как крайне ненадежный путь к поселку Монча. Весной и осенью долгие месяцы дорога к никелю выла очень трудной. И только летом на буксирах, а зимой по льду можно было завозить на стройку материалы. Поэтому все понимали необходимость строительства железной дороги. Уже в первых числах ноября 1935 года изыскания были закончены, проект утвержден и 5 ноября приступили к строительным работам. В феврале 1936 года была сдана железнодорожная ветка Оленья – Мончегорск.
Газета «Полярная правда» от 14 февраля 1936 года писала: «12 февраля 1936 года а 11 часов дня со станции Оленья вышел первый поезд, в котором в Мончу-тундру ехали по новой желдорветке члены комиссии Кировской железной дороги. В составе поезда – 7 вагонов со строительными материалами для проведения стахановской декады. В 1936 году началось строительство прилегающего к станции поселка.
Улицы поселка: Привокзальное шоссе, Имандровская, Северная, Кандалакшская, Полевая, Терская, Привокзальная, Набережная Лумболки
После окончания Великой Отечественной войны руководство железнодорожной станции, помимо грузовых перевозок, организовало для жителей города пассажирское движение. Поезд, курсировавший Мончегорск – ст. Оленья, горожане называли «шестьсот – веселый» или – «подкидышем».
Из воспоминаний П. А. Касаткина:
«…А сам поезд состоял из нескольких приспособленных товарных вагонов, посередине которых зимой стояли печи – буржуйки. Так как жалоб на этот поезд было много, директор комбината В. И. Носаль добился, чтобы выделили несколько списанных пассажирских вагонов. Фактически, эти разбитые кузова только условно можно было назвать вагонами. С большим старанием стали реставрировать эти вагоны, и в этой работе принимал участие буквально весь город.
Плотники и столяры сделали скамейки, сантехники – водяное отопление, маляры выполнили покраску, железнодорожники восстановили ходовую часть. И вот 21 декабря 1949 года сверкающие зеленой краской шесть вагонов были готовы. Началось организованное движение пассажирских поездов. Ходили они пять раз в сутки летом, три раза – зимой…»
В 60-е годы участок железной дороги Мончегорск – Оленья был электрифицирован.
Значимая дата в истории поселка – 1 ноября 1966 года, тогда состоялся первый рейс пассажирского электропоезда. Торжественный митинг открыл первый секретарь Мончегорского горкома КПСС Т. Ф. Сладкович. Рейс провели машинист Иван Аркадьевич Шмаков и его помощник Виктор Филиппович Зубец. Электропоезд делал два рейса в сутки с остановками на промежуточных станциях.
Первое здание школы №8 начали строить в 1946 году на улице Привокзальной, 27. Оно было деревянным одноэтажным с печным отоплением. В школе обучались дети из близлежащих поселков 32 км, 29 км, 33 км.
В 1959 году было построено новое каменное здание школы с просторными светлыми классами. В тот же год в школу записались 391 человек, из них 89 первоклассников. 1 сентября 1959 года прозвучал первый звонок уже в восьмилетней школе №8. Честь нажать кнопку выпала одной из лучших учениц Наде Доценко. Первым директором школы был Голубев Михаил Васильевич.
Из воспоминании Л. Д. Кордюковой:
«Первоначально школа № 8 находилась в железнодорожном поселке под названием «вокзал». Это было длинное и бревенчатое, типа барака, здание с двумя высокими крылечками. Коридоры такие узкие, что, когда начиналась перемена, было просто не пройти, и нас выстраивали вдоль стен…»
«…На наших глазах строилась новая двухэтажная школа, по тем временам – огромная, красивая. На фоне маленьких частных домиков она была похожа на дворец. Туда мы пришли уже четвероклассниками. Каждый год мы высаживали деревья в теплице, выращивали овощи. На огороде за школой ученики всех классов сажали картофель, морковь, а в сентябре устраивали праздник урожая.
Я родилась уже после войны и хорошо помню, что вокзал был настоящим центром городской жизни. Ведь еще не существовало ленинградской автодороги, связь с городами Кольского полуострова поддерживала только железная дорога: по ней ходили несколько раз в день пригородные поезда – люди уезжали в отпуск, отправлялись в лес за ягодами, дети – в пионерский лагерь на 6-ой километр. Здесь же находились «ассы по продаже билетов
Летом наш вокзал просто кипел от множества народу. Вся территория была огорожена красивым чугунным забором, разбиты клумбы, и всегда – море цветов! Было посажано много кустов: смородина, малина. А какие били фонтаны!
В сквере стоял памятник Ленину, на другой стороне линии – такой же сквер и памятник Сталину.
В то время все жили небогато, многие держали скот, главным образом, коз. Люди были очень дружные. Здесь же находился клуб и рядом с ним – огороженная, открытая танцевальная площадка с деревянным настилом. Молодые девчата в железнодорожных шинелях бегали сюда летом на танцы…».
Официально зарегистрирован и присвоено имя в июле 1991. Военный городок авиаторов Северного Флота, зенитчиков. База авиации носит название Оленья (с 2011 — аэродром подскока Дальней Авиации, дислоцируется Киевский Краснознаменный ордена Суворова II степени морского ракетоносный авиационный полк). С аэродрома Оленья 30.10.1960 взлетел самолет ТУ-95В с термоядерной бомбой на борту («Царь-бомба», «Кузькина мать»), сбросивший ее над Новой Землей. В апреле 1963 на аэродроме Высокий в обстановке полной секретности приземлился вылетевший из Гаваны самолет Ф. Кастро, чем начался первый визит кубинского революционера в СССР.
Посёлок 27 км (бывший посёлок имени Жданова) появился в 50-х годах, в связи с расширением военного аэродрома. Были построены жилые дома, школа, магазины. Сейчас назван по километровой отметке железной дороги Оленегорск — Мончегорск. Расположен в 6 км от административного центра Мончегорска между озёрами Лумболка и Кутыр.
На территории посёлка расположен военный гарнизон 174-го гвардейского Краснознамённого Печенгского истребительного авиационного полка им. дважды героя Советского Союза Сафонова Б.Ф.
В 1930-е годы в Мурманской области на станции Имандра открылся Имандровский леспромхоз. Для работников были построены деревянные дома бараченого типа. Директором леспромхоза был Петров Александр Дмитриевич. Закрылся леспромхоз в конце 1950-х годов, а в августе 1960 года на станции Имандра приступил к работе филиал Архангельского института леса и лесохимии под названием «Мурманский стационар АИЛиЛХ». Ему были переданы два здания леспромхоза.
Коллектив стационара в разные годы – от 11 до 14 человек. Первым заведующим был Репневский Виктор Васильевич, а с 1965 года – Цветков Василий Фролович.
В посёлке работали детский сад, клуб, 2 магазина и кирпичная школа, находившаяся на окраине.
Для учителей был выделен двухэтажный дом, жители Имандры называли его «красным», так как он был покрашен в красный цвет. Связь с городом осуществлялась, в основном, по озеру Имандра: летом – на лодке, зимой на лошади.
На станции Имандра был дом для отдыха машинистов. Здесь менялись бригады, и поэтому на территории станции круглосуточно работала столовая. Здание вокзала выглядело красочно и современно.
Поселок был создан геологами в 30-е годы. В поселке было 16 домов барачного типа, в основном дощато- насыпных. Были и частные дома, здравпункт, детские ясли, клуб, почта и начальная школа. Жители поселка в основном работали на руднике «Ниттис-Кумужье».
В 30-е годы на территории поселка находился один из лагерей системы ГУЛАГ, заключенные занимались строительством шахт.
Во время Великой Отечественной войны здесь размещалась позиция зенитных батарей. послевоенные годы поселок заселили рабочими горняками, приехавшими из Вологодской области и Белоруссии на работу на комбинат «Североникель».
Из воспоминаний Анатолия Павловича Казиева:
«Поселок Большое Кумужье располагался у подножья Кумужьей вараки, которую мы называли горой. После войны там находился лагерь военнопленных немцев. Они работали на руднике Ниттис-Кумужье, в цехах комбината «Североникель», на стройках города. Когда военнопленных перевели в лагерь на 32 километре, Большое Кумужье заселили в основном горняками. Им было близко добираться на работу в шахты № 1, 2, 3. В те годы автобусы еще не ходили, из города ездили в «шалманах» – крытых брезентом бортовых автомобилях.
Был в поселке здравпункт, приём вел дежурный фельдшер. Ниже магазин, на берегу речки находился в бараке детский сад, другую его часть занимал клуб. Туда привозили кинопередвижку, и все жители с удовольствием смотрели кинофильмы. Через поселок протекала быстроводная речка. Из неё брали воду для питья, а ниже полоскали бельё – даже зимой, на плесе она не замерзала».
Год рождения посёлка – апрель 1935. Построен в период строительства завода. Поселок состоял, в основном, из бараков. Раньше здесь находился один из лагерей немецких заключенных. В 50-е годы поселок заселили вербованными людьми, приехавшими на строительство города и комбината «Североникель». В поселке был свой клуб, столовая, магазин.
Газета «Мончегорский рабочий» от 6 марта 1963 года: «Хороший подарок ко дню выборов получили жители поселка Малое Кумужье: 3 марта для работников ремонтно-механического цеха комбината «Североникель» открылась столовая на 152 места. Эта столовая прекрасно оснащена торгово-технологическим и холодильным оборудованием».
Клуб Строителей в поселке был местом досуга для жителей. Сюда ежедневно приходили посмотреть фильм, почитать газеты, поиграть в настольные игры. При клубе работали кружки художественной самодеятельности, работал кружок кройки и шитья. Нередко проводились концерты художественной самодеятельности и вечера культурного отдыха молодежи. При клубе работала библиотека, принадлежавшая постройкому треста «Кольстрой».
Газета «Мончегорский рабочий» от 7 марта 1954 года: «Клуб Строителей, расположенный в поселке Малое Кумужье в прошлом году обслужил тысячи рабочих и служащих. Силами художественной самодеятельности клуба было поставлено за год 29 концертов, которые посетило 2120 зрителей. Киносеансов проведено 580. На них присутствовало 70890 человек. Клуб организовал два «Дня отдыха строителей». Коллектив художественной самодеятельности клуба в дни избирательной кампании выезжал с концертами на многие избирательные участки. Сейчас готовится разнообразная программа обслуживания избирателей в день выборов».
Из воспоминаний Евгения Евгеньевича Арнатского:
«В поселке работали столовая, пивная, ларьки – «грибки».В субботу в клубе и на открытой площадке устраивали концерты, танцы. Приезжала молодежь из города, с Сопчи, Тростников, Большого Кумужья. Всегда было весело и шумно, но не обходилось и без потасовок из-за девушек…».
Поселок Монче-губа в официальных документах значится с середины 20-х годов 20 века. В 1926-1927 годах проводились Всесоюзная и Приполярная переписи и поселок был занесён в данные статистики. Поселок считался колонистским участком на западном берегу Имандры в Монче-губе. Первые переписи отметили здесь три хозяйства (финны и карелы, всего 15 человек), члены которых занимались извозом, земледелием и молочным животноводством, охотой, рыболовством. Семейство саамов Архиповых стало жить здесь позднее, когда началось освоение Монче-тундры.
До первой половины 30-х годов поселок входил в состав Экостровского сельсовета Кольско-Лопарского района, затем в состав Кировского района. Первыми в этот край пришли исследователи, за ними – геологи. Экспедиция Ферсмана А.Е. в Монче-тундру и найденные им рудопроявления на склоне горы Нюдуайвенч положили начало широким геологоразведочным работам. На берегу Монче-губы встали небольшие домики и склады геологической экспедиции. Вслед за геологами пришли первые строители, они же стали и первыми жителями Мончи. В начале апреля 1932 года был утвержден план строительства населенного пункта, куда были нанесены уже существующие жилые дома, хлебопекарня, сушильные сараи и избушки семьи Архиповых.
Каким был населенный пункт Монче-губа в 1933 году, описывает главный геолог комбината Североникель Петр Владимирович Лялин: «Поселок начинался от маленькой пристани на берегу озера, в районе нынешнего автобусного кольца на Монче, площади Геологов. Рядом с пристанью стояли избушки Архиповых, к коньку одной из них были прибиты оленьи рога». Вспоминает один из первых жителей, прибывших в Монче-тундру 23 июля 1933 г., Кулешов А.: «На берегу залива ютились три полуразрушенные саамские избушки. Рядом стояли еще два деревянных сооружения: магазин №1 и небольшая примитивная пекарня, которую в шутку называли хлебозаводом. В ста метрах от берега стояли стандартный дом и маленький домишко. В стандартном доме несколько комнат были жилыми, а в остальной части размещались столовая и красный уголок. Рядом виднелись две очень старенькие палатки, с металлическими печками-времянками. Вот и весь поселок».
В 1932 году в брезентовой палатке открылась и первая школа в Монче-тундре, организовала ее Анна Харитоновна Гайдукова. В палатке поставили четыре стола, печку-
буржуйку, которую по очереди приходили топить родители учеников, выдали для освещения четыре фонаря «летучая мышь», прикрепили фанерку с надписью «Школа» и занятия начались. Учились в школе одиннадцать детей с первого по четвертый класс. По вечерам, когда ученики расходились, палатка превращалась в клуб – играла гармошка, танцевали, устраивали концерты. Летом 1933 года школу перевели в стандартный домик, где она заняла одну комнату. В начале 30-х на берегу озера был построен деревян- ный причал, к которому летом приставали мотоботы «Киров» и «Комсомолец». Возить приходилось все: людей, стройматериалы, оборудование, продукты питания и другие грузы. Вся связь с внешним миром осуществлялась через озеро Имандра, оно служило «дорогой жизни». Рядом с пристанью в бараке располагался зал ожидания, поодаль стоял двухэтажный дом, в одном крыле которого размещалась гостиница. B гостинице редко бывали свободные места: командированные из Мурманска, Кировска, Ленинграда и Москвы селились на несколько месяцев. Специалисты, прибывшие на строительство комбината, жили тут же, пока им не давали жилье.
Из воспоминаний Алексея Алексеевича Киселева:
«Что из себя представляло население Мончи в 1934 – 1937 годах? Во-первых, тут были семьи переселившихся сюда жителей Хибиногорска – Кировска, Имандры, Зашейка. Часть их сюда перебралась добровольно, в поисках лучшей жизни, другие были переселены (как наша семья) «в силу производственной необходимости». Во-вторых. это завербованные в средней полосе СССР рабочие, в большинстве – одинокие. Они приехали на строительство комбината «Североникель». В-третьих, инженеры, техники и служащие, различных организаций (геолого-разведка, проектные бюро, ОРС и торговля) и учреждений (медицина, образование, органы власти).
Первые месяцы поселка Монча, как самостоятельного населенного пункта, все концентрировалось вокруг «хозяйства» Архиповых: тут построили пристань, куда приставали мотоботы, перевозившие людей и грузы со станции «Имандра», чуть левее (если смотреть на озеро) поставили магазин, неподалеку домик милиции, а за ними клуб – приземистый барак на берегу.
Классы в школе были большие по наполняемости, нередко 40-45 человек, но учителя справлялись с нами. Сидели по двое за партами, поставленными в три ряда по ранжиру. На каждой парте внутри, под крышкой – место для книг и тетрадей, а сверху в специальном углублении – чернильница-непроливайка. Авторучек не было ещё и в помине, писали перьевыми ручками (каждое «перышко» вставлялось в ручку и имело своё название).
Питались нормально, но без излишеств. Только по большим праздникам на столе появлялась курятина. Положение с питанием спасала рыба – вот её-то было вдоволь. В продуктовом магазине полным-полно было мурманской трески.
В 1937 году, после открытия жил богатой руды на Ниттисе, было принято решение о строительстве рудника «Ниттис-Кумужье», который стал основной рудной базой «Североникеля» с 1939 по 1970 годы. Строительство рудника дало жизнь поселку Ниттис. Маленький поселок Ниттис располагался у подножья Кумужьей вараки, в узком пространстве между железной и автомобильной дорогами.
В поселке было всего четыре барака, в одном из них располагалась военизированная горноспасательная часть, в других жили горняки, горноспасатели. Рядом с поселком была шахта, рудоуправление, подстанция, пожарное депо, дом промартели, столовая, рудоразборка. На рудоразборке руду перебирали вручную, грузили в вагоны и возили по узкоколейке через Сопку к первому цеху комбината «Североникель». Недалеко находилась биржа, обеспечивая шахту подтоварником и крепёжным материалом: бревнами для крепления штреков.
Имелась в поселке и конбаза, ведь до войны и после на руднике применялись лошади. В поселке был свой здравпункт. Позднее, в бывшем здании здравпункта, была размещена первая экспозиция коллекции цветного камня Владимира Дава. В поселке существовало и своё отделение милиции. В 1966 году поселок официально закрыли, а жители переехали в город.
Из газеты «В бой за никель» 1937 года:
“…На высокой горе живописно раскинулся большой рабочий поселок. Два года назад здесь работали только первые геологи, зимой через замерзшую Имандру, привозили на лошадях продовольствие. В то время лишь начинались работы по проходке второй штольни рудника. За два года дикая тундра покорилась большевикам. Выросли рудник, просторные дома, большой магазин, столовая, клуб…
Была проведена дорога, и теперь верхненюдовцы сообщаются с городом и Мончей посредством автобуса. В поселке имеются почта, телефонная станция, библиотека. Каждый вечер в клубе демонстрируются кинофильмы. За короткий срок жители Верхнего Нюда успели просмотреть все лучшее, что выпущено нашими кинофабриками. Иногда приезжают Ленинградские артисты, и тогда в поселке настоящий праздник. Нарядно одетые радостные девушки, юноши и пожилые люди слушают чудесную, музыку Чайковского, романсы Бородина…
В клубе работает драмкружок. Его участники часто демонстрируют небольшие театральные постановки.
Километра за четыре около Вите – губы находится богатый животноводческий совхоз. Он снабжает Мончегорск молоком. Осенью рабочие совхоза убрали богатый урожай картофеля, огурцов, редиса…
Высокое горное красивое расположение поселка будет использовано для отдыха. Здесь будут разбиты сады, выстроены светлые санатории…”
Поселок Верхний Нюд располагался в 18 км от г. Мончегорска.
В годы войны на Верхнем Нюде была открыта областная школа – интернат, где жили и учились дети, эвакуированные из Мурманска.
В апреле 1969 год в районе Верхнего Нюда была снята кинокартина «Золото» по повести Бориса Полевого. Режиссер картины Дамир Вятич – Бережных, автор таких картин, как «Нормандия – Неман», «Доктор Вера», «По тонкому льду» и др.
Из воспоминаний Колпаковой Ф. А.:
«…Все в поселке дома были барачного типа и одна двухэтажка. На первом этаже школа, на втором жили работники 4 цеха. Учительница Анастасия Георгиевна жила на втором этаже. Все в посёлке знали друг друга и жили дружно…»
«…В квартирах было печное отопление, дрова заготавливали на зиму. Была хорошая баня и один на весь посёлок магазин. Мужики хоть и любили выпить, но скандалов, разводов как-то не было. В школу (вечернюю) ходили на Тростники. Часто из-за метели ходили пешком через цеха комбината. Я помню своих учителей Галину Александровну Королёву (учитель математики), Евгению Александровну Смирнову (учитель химии)…»
«… Автобусы (маленькие и холодные) в город ходили редко – в основном привозили людей на смену и увозили. Был дефицит промышленных товаров, поэтому иногда очередь занимали даже ночью. Телевизоров не было, поэтому занимались рукоделием: шили вышивали, вязали…»
В 8 км от г. Мончегорска у подножия горы Нюдуайвенч, был расположен рабочий поселок Нижний Нюд.
Поселок начинал застраиваться силами ленинградских геологов. Был построен большой рубленый дом с кухней и два дома для работников экспедиции, конюшня на 12 лошадей, кузница и сарай для провизии.
Первым объектом производственного строительства Нижнего Нюда был Опытный завод, в состав которого входили обогатительная фабрика и металлургический цех.
Было намечено приступить к строительству опытной обогатительной фабрики и металлургического завода на южном склоне Нюдуайвенча. Позднее стройку перенесли на склон Сопчуайвенча, где располагалось Кобальтовое отделение.
Выстроена большая механическая мастерская, в которой стояли токарные, фрезерные, сверлильные станки.
Все дома в поселке были барачного типа и одна двухэтажка. В домах было печное отопление, заготавливали дрова. В каждый дом проведено электричество.
На территории поселка находились только начальная школа, поэтому в вечернюю школу ходили в посёлок Тростниковый. У 4 цеха был магазин, рядом баня. Воду жители поселка брали из колонок, белье полоскали в озере. Было подсобное хозяйство. Некоторые жители поселка держали кур, коров.
Сохранилось от 21 декабря 1937 г. ходатайство Президиума Мурманского окрисполкома перед ленинградским облисполкомом и ВЦИК об организации в Мурманском округе Ленинградской области Мончегорского района, в котором было предложено: «..Утвердить следующее административное деление и состав нового района: Поселковый Совет с наименованием Нюдовский, объединяющий рабочие поселки: Верхний Нюд, Нижний Нюд, поселок у понижающей подстанции, совхоз Продснаба, Риж-губа, с общим количество населения 2910 человек. Центр поселкового Совета – Верхний Нюд…»
Верхне-Нюдовский сельсовет исключен из учетных документов в 1949 году, фактически самоликвидировался в 1941-1942 г.
В конце 50-х годов началась ликвидация старых довоенных бараков. Вскоре исчезли поселки Большая Сопча, Большое Кумужье, Нижний Нюд и Ниттис.
26 октября 2007 года Законом Мурманской области населённый пункт Верхний Нюд был упразднён в связи с отсутствием проживающего населения.
История пионерского лагеря начинается с 1936 года. Лагерь располагался на живописном берегу озера Имандра, рядом сосновым бором.
Из газеты «Северный металлург», 14.05.1940 г.:
«…300 школьников нашего района получат прекрасный отдых, заслуженный хорошей учебой в 1939-1940 учебном году. В лагере идут отдыхать лучшие учащиеся школ и дети бойцов Красной Армии. Лагерь рассчитан на две смены по 150 человек в каждой. В школах идет подготовка к лагерному сезону, пионеры и школьники проходят медосмотр…»
Населенный пункт в 2 км к северу от станции Имандра. Возник в 1900 году. Богатый саам содержал почтовую станцию, имел наемных рабочих. Одним из ямщиков служил Данила Иванович Архипов из Монче‑Губы. Название происходит от половины пути в этом месте на древнем сухопутно-водном тракте из Кандалакши в Колу протяженностью 210 верст, а также на половине пути между станциями Вороньеозерская и Раснаволоцкая.
Поселок на 33 км был обширным поселком с бараками и частными домами. Кроме жилых домов в разное время в посёлке были дом заготпушнины, дом союзутиля, дом мастерской горкомхоза, дом монтажников, конбаза, птичники. В поселке работала мастерская по ремонту примусов и других металлических вещей «Метбыт ремонт» промартели «Мончегорский Артельщик».
На территории поселка было организовано подсобное хозяйство комбината «Североникепь».В З0-40 годы были обустроены теплицы по выращиванию овощей, птичники. В 1955 году в поселке были построены 2 рассадно-выгоносные теплицы.
Полезная площадь теплиц составляла 617 м2. Выращивали ранние помидоры, огурцы, рассаду, декоративные цветы. В 1961 году четыре птичника были сданы в эксплуатацию подсобному хозяйству ОРС.
В 1962 году начал строится свинарник на 600 голов.
В начале 70-х годов город занимал первое место в области по производству яиц.
Мончегорские птичницы были отмечены золотой (В.Е. Шевцова) и серебряными (Т. М. Рогожина и К. М. Севастьянова) медалями ВДНХ.
Улицы посёлка: Приозёрная, Ручьевая.
Возле жилых домов были огороды, где сажали картошку, у некоторых были парники, где выращивали более «капризные» овощи. Многие жители держали коров, коз, кур. Траву для коров косили недалеко от стадиона – там ее было много.
По территории поселка протекала узенькая извилистая речка-ручей. Через нее была проложена плита, которая играла роль моста. Летом здесь мыли посуду, стирали белье и набирали воду для животных, а питьевую воду брали из колонок. Зимой поселок задувало снегом. Нередко сугробы надувало по самые крыши и жители рыли настоящие туннели к окнам и дверям.
Главной достопримечательностью поселка был первый Мончегорский стадион, построенный летом 1938 года.
Газета «В бой за никель» от 16 мая 1936 года: «Североникель отпустил 70 тысяч рублей на строительство стадиона. Работы по строительству намечено закончить к 15 июня».
Были оборудованы футбольное поле, беговые дорожки, площадка для прыжков, секторы для метания гранат и толкания ядра, а также трибуны, рассчитанные на две тысячи зрителей.
В августе 1936 года на стадионе прошла первая физкультурная спартакиада – 360 участников.
В 50-60-е годы здесь проходили все футбольные матчи и спортивные соревнования. Летом на стадионе тренировались любители лёгкой атлетики и футбола, а зимой – фигуристы, хоккеисты, конькобежцы.
Из воспоминаний Чериковского М. В.:
«…Центром притяжения молодежи был городской стадион на 33 км, с которого перед каждой игрой спортсмены убирали камни, но, почему-то, к следующей игре они «вырастали» вновь и вновь. Рост камней – это особенность земли Мончегорска. Камни регулярно «росли» и в огородах, и на улицах…».
Из воспоминании Алексеевой Т. В.:
«…Жили в бараке, в комнатке 12 метров вчетвером. Мои родители выращивали картошку, держали поросенка, курочек. Много трудились. Учились мы в школе №4…»
Из воспоминаний Даниленко Л. И.:
«…Мы жили в поселке 33 км. Он находился вдоль дороги на комбинат «Североникель», там где сейчас гаражный городок. Раньше на этом месте стояли два центральных барака. В поселке были два магазина, продовольственный и овощной. Дальше располагался частный сектор. За магазином шла дорога, которая негласно делила наш поселок на три условных участка, мы между собой их называли «Верхняя Нахаловка», «Нижняя Нахаловка» и «Заречный».
За речкой тоже были частные дома. С правой стороны дороги находилась конбаза, рядом с ней была контора. Здесь всегда проходили выборы, гремела музыка, а дети были счастливы тем, что родители приносили из буфета апельсины и конфеты…».
Из воспоминаний В. Г. Федотовой:
«…Когда я впервые попала в заповедник, там ещё жила бабушка Василиса со своей семьёй. Это были саамы. По-русски говорили только отец семейства – Архип и его две дочери, которые обучались в школе в Апатитах. Бабушка Василиса знала много саамских сказок и любила их рассказывать детям. Внучки переводили, а мы все, включая взрослых, с удовольствием слушали. Особенно это было здорово, когда мы собирались на базе на зимние каникулы (уже в старших классах) и зимними вечерами рассаживались возле печки кружком и слушали текущее повествование…»
Сказки бабушки Василисы вошли в сборник филолога и этнографа В. В. Чернолуского «В краю Летучего камня».
«…Кроме саамов жили в заповеднике и другие иноязычные – лесник Ян и члены его семьи говорили не только на русском но и на эстонском…»
Russian
Chinese (Simplified)
English
Finnish
French
German
Norwegian
Swedish